Создание эффективного медиатекста. Теория прагматики
Пятница, 20.07.2018, 13:43
ГлавнаяРегистрацияВход Приветствую Вас Гость | RSS

Меню сайта

Категории раздела
Теория оСознания [6]
Практика оСознания [3]

Форма входа

Главная » Статьи » Стратегия оСознания » Теория оСознания

2. Стратегия оСознания как деятельность

Область человеческой мотивации, как и в целом теория деятельности, относится к психологической парадигме знания. Однако осознание как феномен характеризует человека вне контекста психологии. Фокусировка внимания на собственной личности, на собственных потребностях и мотивах, по сути лишает субъекта возможности видеть отношения «человек – знак» в своей жизни, то есть определять прагматику собственного существования. Человек начинает следовать «мотивационной» линии оправдания своего существа и существования, упуская из вида тот факт, что его сознание имеет знаковую природу и предназначено в первую очередь для отображения окружающей действительности, для непрерывного поиска смыслов. Не принимать во внимание сущностную особенность человека, его отличие от других живых существ – значит закрывать глаза на очевидное. Первична не психик – то «задание», с которым человек приходит в мир. Концентрация внимания субъекта на своей личности – изначально неадекватная позиция для коммуникации с миром. Человек нечасто рассматривает создание текста как поиск внутренних смыслов, как необходимую работу сознания. Знаковая природа человеческого сознания – факт, игнорируемый в том числе и при обучении видам практики, связанным с производством знаков.

Ю.М.Орлов считает, что понятие «смысл» является одним из самых запутанных и понять его можно через такие слова, как знак, значение. При этом он указывает на то, что личностные смыслы неповторимы, многообразны и не всегда осознаются человеком, поскольку состоят из множества реакций на символы, знаки, предметы, людей и их поведение [2]. Такой подход к проблеме личностных смыслов можно обозначить как семиотический.

Современные исследователи определяют поиск смысла как потребность в ценностно-смысловой организации личности: «Стремление человека к смыслу выступает одной из важнейших потребностей человека…» [3]. Однако выделять потребность в поиске смыслов с позиций психологии, включая ее в некую иерархию потребностей, например: физиологических, безопасности, причастности к коллективу, обществу, признания и самореализации (А.Маслоу), на наш взгляд, не вполне корректно. Поиск смысла – нечто большее, чем частная ценность, мотив или потребность.

Придумывать, изобретать мотивы для инициации деятельности осознания – дело странное, вроде того как здорового человека мотивировать, например, ходить.

Американский психотерапевт Д.Бугенталь по этому поводу пишет: «Человек устроен и функционирует так, что он перерабатывает и производит смыслы. В таком случае, пока человек жив и здоров, он не может не иметь дела со смыслами и не вычерпывать их из своего опыта. Говорить, что у него есть потребность найти смысл, столь же некорректно и столь же вводит в заблуждение, как и утверждение, что автоматическая вязальная машина обладает потребностью вязать или что у семени есть потребность прорастать... Я убежден, что для структуры нервной системы человека, заложенной в организме, порождение смыслов столь же естественно, как и выделение пота потовыми железами» [4].

Постоянно изменяющиеся и взаимодействующие между собой смыслы, в феноменологической концепции американского психолога Ю.Гендлина,  выступают как элементы одного процесса переживания, к которому и сводится личность. «Смысл формируется во взаимодействии переживания и чего-либо, выполняющего символическую функцию» [5].

Человек по самой своей природе постоянно оказывается перед необходимостью осознания смыслов, но не всегда его деятельность в этом достаточно интенсивна, технична и инициирована вниманием. В процессе создания текста индивид может многому научиться: набирать темп осознания, настраивать внимание, добиваться внутри себя понимания сущностных связей и отношений, добираться до протоидей, являющихся в осознаваемую субъектом действительность.

Р.Р.Каракозов разделяет понятия жизненного и личностного смыслов. По его мнению, жизненный смысл есть «объективная характеристика места и роли объектов, явлений и событий действительности и действий субъекта в его жизни», а личностный смысл «является формой познания субъектом его жизненных смыслов, отражения их в сознании». [6] Таким образом, стратегия опознания имеет дело с поиском жизненных – объективных – смыслов, ситуация для которых складывается во внешнем мире, а стратегия осознания оперирует личностными смыслами, достижение которых приходит вслед за конкретным экзистенциальным переживанием субъекта.

В свою очередь, автору текста *, чтобы задействовать механизмы осознания, необходимо связать некую внешнюю ситуацию, реципиентом которой он является, с одной стороны, и определенный личностный запрос, валентный текущему моменту эволюции личности и способный привести к локальному экзистенциальному переживанию, с другой.

Другими словами, механизмы осознания «включаются» не в авторе-профессионале, а в субъекте, инициирующем – в себе и для себя – новый психический опыт. Субъект может инициировать данный опыт принципиально разными способами:

  1. Фокусировкой на существующих личных проблемах, экзистенциальных вопросах.
  2. Сознательным созданием проблемной лично для субъекта ситуации.
  3. Переносом центра осознания со своей личности на объект, т. е. видением себя на месте другого, осознание чужого опыта, чужой жизни.

Основываясь на концепциях Пиаже и Выготского, указанные способы инициации осознания можно связать с возрастными этапами эволюции субъекта. Ведь в стратегии осознания субъектом деятельности выступает уже не автор текста в прагматической ситуации, а личность в онтогенезе.

В молодости, как правило, осознание приходит человеку как избавление от мучающих его вопросов. Осознание в этом возрасте – спасительная способность человека преодолеть «неразрешимые», с позиций юношеского максимализма, противоречия. Проблемные ситуации создаются неосознанно, и имеют в основном экзистенциальную, а не профессиональную природу. В средний период жизни человек уже способен контролировать жизненный поток, делать свое существование комфортным и более-менее защищенным от прорыва конфликтной информации – как из внешнего мира, так и из структур собственного бессознательного. Субъект организует каналы приема информации таким образом, чтобы сама информация  могла быть обработана без привлечения дополнительных ресурсов – энергии, эмоций, знаний и т. д. Степень информационной безопасности для субъекта тем выше, чем выше процент известного в коммуникации с миром (принцип: «самая лучшая новость – это отсутствие новостей»). В терминах нашего исследования, субъект концентрируется на тех видах деятельности, которые в информационном плане реализуют исключительно стратегию опознания. Попытки выйти за рамки привычного, то есть пойти на риск неизведанного, предпринимаются в основном в эмоциональном плане: экстремальный спорт, азартные игры, рискованные личные связи и т. д. При этом эмоции от контакта с миром не могут заменить совершенно особых ощущений от экзистенциальных открытий, время которых осталось в юности.

Однако в течение всей жизни субъект способен реализовать особую, принципиально человеческую возможность: видеть чужими глазами, сопереживать другим, ощущать себя на месте других и вовлекаться своим осознанием в чужой опыт. Об этой возможности всегда может помнить человек, создающий тексты, в том числ – рофессиональные. Любая теория создания текста говорит, в принципе, о том же: автор всегда должен быть ориентирован на реципирующую, целевую, аудиторию. Например, публицистика (от латин. publicus – общественный) прямо заявляет о перемещении автора на некоторые общественные позиции, т. е. на позиции некоего общества людей. В конечном счете – на чужие позиции. Автора текста * можно, таким образом, мотивировать на реализацию особой, независимой от этапа личной эволюции, – формы осознания.

Автор текста включен в деятельность познания, а процесс создания текста становится актом познания личностного смысла. Эффективность профессиональной деятельности автора текста * складывается не только из способности к профессиональному осмыслению действительности, но и из возможностей открывать смыслы, новые индивидуально для субъекта.

Процесс опознания всегда конкурирует с процессом осознания. Профессионализм автора текста * проявляется в первую очередь во владении им стратегией опознания, однако если последовательно развивать нашу методику, мы должны прийти к достаточно парадоксальному выводу: автор должен уметь видеть объект не только профессиональным зрением, но и взглядом, что называется, «новичка». Субъект должен постоянно ощущать себя в стадии профессионального роста, а это означает не что иное, как наличие поля непроработанных и неоткрытых моментов в профессии. Данное условие определяет эффективность комплексной методики опознания-осознания. Мы не считаем данное условие ограничением – наоборот. Какими бы ценными ни были результаты деятельности опознания, прагматика открытия новых смыслов в любой профессии, с позиций нашего философско-этического подхода, принципиально значимей. Рано или поздно, последовательно осваивая профессию автора *, субъект теряет мотивацию и необходимость осознавать объекты, если они "профессионально" опознаются и интерпретируются. Так что же может побудить субъекта на практике осуществить так называемый «сдвиг мотива на цель»: установить приоритет осознания новых смыслов в ходе профессиональной деятельности автора текстов *?

Осознание – больше чем процесс мышления, это способ бытия. В рутине обыденной жизни мышление как опознание выходит на первый план, поскольку человек вынужден решать циклические по своей природ бытовые задачи замкнутые на повторяющемся содержании. Осознание – это всегда принципиальный выход за пределы круга повседневных задач. Осознание всегда определяется внутренним «информационным поводом», всегда в результате акта осознания возникает новое содержание, в которое вовлечен и сам субъект.

«Человек открыт миру. Этим он отличается от животных, которые не открыты миру, а привязаны к среде, специфической для каждого вида. В этой среде содержится то, что отвечает набору инстинктов, присущих данному виду. Напротив, человеческое существование характеризуется преодолением границ среды обитания вида Homosapiens. Человек стремится и выходит за ее пределы, в мир, и действительно достигает его – мир, наполненный другими людьми и общением с ними, смыслами и их реализацией» [7].

Эти слова принадлежат Виктору Франклу, известному психиатру, основавшему свой метод логотерапии на основе жизненных наблюдений и философском их осмыслении. В центре этого метода лежит возвращение человеку его осознанного стремления к смыслу, или – в терминах нашей методики – прагматики открытия новых смыслов.

«Непосредственный жизненный опыт говорит нам, что влечения толкают человека, а смысл его притягивает. Стремление не может возникнуть по просьбе, команде или приказу. Нельзя стремиться к стремлению».

Эта мысль Франкла перекликается с нашей идеей о предустановленности осознания как стремления к смыслу. Если таковой нет на уровне духовных установок личности, ситуативно, в том числе в деятельности автора текста, создать ее нельзя.

«Сегодня люди избавлены от напряжения. Этим они обязаны, прежде всего, той утрате смысла, которую я описываю как экзистенциальный вакуум, или фрустрацию стремления к смыслу В какой степени образование поддерживает экзистенциальный вакуум и способствует отсутствию напряжения? Образование, которое основывается на гомеостатической теории, руководствуется тем принципом, что к молодежи следует предъявлять как можно меньше требований. Это верно, что молодежь не должна подвергаться чрезмерным требованиям. Мы должны, однако, принимать во внимание то обстоятельство, что, по крайней мере, сегодня, в век общества изобилия, большинство людей страдают не от избытка, а от недостатка требований. Общество потребления – это общество с пониженными требованиями, которое лишает людей напряжения Здоровая доза напряжения, такого, например, которое порождается смыслом, который необходимо осуществить, является неотъемлемым атрибутом человечности и необходима для душевного благополучия».

Поле для создания такого напряжения мы – в отличие от Франкла ­– видим не в области духовных практик или психотерапевтических методик, а в реальных профессиональных видах деятельности социального человека. Ограниченность логотерапии Франкла, по сравнению с той же деятельностью автора текста *, заключается, на наш взгляд, в трех принципиальных моментах:

1. Рано или поздно люди сталкиваются с относительностью (относительной истинностью) найденного личностного смысла, что ведет к повторной фрустрации и разочарованию в исходном методе добывания смыслов. Если же в центре метода лежит не понятие смысла как результата, а понятие осознания как процесса – человек рано или поздно может осуществить требуемый сдвиг мотива на цель: процесс осознания смыслов (инородных повседневности) станет для субъекта истинной целью его существования. Субъект, выведший свое бытие и поле осознания в профессиональную плоскость, пользуется последней как громоотводом для собственных фрустраций. Смена старых смыслов новыми может происходить с предельной интенсивностью и не разрушать при этом общую картину мира. Относительность (устаревание) найденных смыслов будет воспринято субъектом не как крушение исходных ориентиров, а наоборот, как естественное развитие метода осознания, отражающее развитие самого осознания.

2. Осознание внутренних, важных для субъекта смыслов через меняющиеся внешние контексты (например контексты профессиональной деятельности) гарантирует необходимую динамику процесса, в отличие от обычной рефлексии, замкнутости субъекта на самого себя. Найти поле для осознания там, где все привязано к собственной личности, гораздо сложнее, че видоизменить профессиональную деятельность ил осуществить переход от одной профессиональной деятельности к другой. Деятельность по открытию смыслов должна быть неотрывна от профессиональной деятельности, а не быть исключительно сама по себе. В стратегии осознания процес важне результат – айденного смысла. Прагматика личностных смыслов тотальна и не оставляет человеку места для компромисса: если профессия перестает удовлетворять условиям открытия новых смыслов (то есть начинает объективно превалировать деятельность опознания), профессию нужно менять: уходить в смежные подвиды профессии, близкие профессии или даже менять профессию целиком.

Таким образом, важно дать человеку среду бытия, в которой происходит перераспределение не смыслов, а внимания. Отчасти об этом говорит и сам Франкл.

«Попытка дать человеку смысл свелась бы к морализированию. А мораль в старом смысле слова уже доживает свой век. Через какое-то время мы уже не будем морализировать, мы онтологизируем мораль. Добро и зло будут определяться не как нечто, что мы должны делать или соответственно делать нельзя; добром будет представляться то, что способствует осуществлению человеком возложенного на него и требуемого от него смысла, а злом мы будем считать то, что препятствует этому осуществлению. Смысл нельзя дать, его нужно найти».

И далее:

«В конце концов, в задачи логотерапии не входит давать ответы. Ее действительная роль – скорее роль катализатора. Об этом мне писал из Вьетнама молодой американец: «Я не нашел в Вашей философии ответа на мои вопросы, но Вы вновь запустили механизм моего самоанализа» [8].

При профессиональном переориентировании субъект не просто переходит на новый этап и уровень осознания, он начинает отбирать релевантные признаки действительности, определяя саму эту действительность. Становление профессионала – длительный процесс, поэтому методика должна быть ориентирована на начинающих профессионалов, а также на  любителей, осваивающих новую для себя профессиональную действительность. Мы рассматриваем деятельность автора текста * прежде всего как развивающую. Для специалиста, работающего со знаками, крайне важно расширять профиль своей деятельности, интегрировать опыт разных профессиональных контекстов для наиболее эффективного решения самых разнообразных прагматических задач. Также мы считаем, что развитие любой системы, связанной с производством знаков (кино, литература, преподавание, реклама, журналистика и т. д.) на современном этапе невозможно без участия непрофессионалов

        Любая профессиональная практика способна стать открытой и доступной для широкого круга деятелей. Любитель – это не дилетант, главное его отличие – в восходящем движении к получению новых знаний: если он чего-то не знает, то стремится узнать. Дилетант в отличие от профессионала не обладает профессиональным знанием, и в отличие от любителя – не пытается овладет и на практике. В деятельности любителя реализуется фундаментальный этический закон:  прав не тот, кто знает, а кто в своем восходящем развитии осознает. Особая эффективность любителя основана на интеграции различных форм личного опыта субъекта, синтетическим характером действий для достижения нужного результата.
        
        Подобный образ действий несет в себе мощнейший потенциал для эволюционного витка любого вида человеческой практики. Возвращаясь к закону о предустановленности осознания для человеческого существа, можно предположить, что общество следует этому же закону в филогенезе. Производство знаков, производство текстов (в самом широком смысле) – необходимое условие развития осознания. Следовательно, данная практика становится практикой не только для профессионала, но и для «обычного» человека с активной жизненной позицией. Доказательством тому может служить бурный рост социальных сетей в Интернете, где становится все больше пользователей (непрофессиональных авторов) регулярно публикующих тексты собственного сочинения: наблюдения, путевые заметки, репортажи, эссе, рецензии и т. д. и т. п.

_______________

[1] Мильман В.Э. Компоненты и уровни в функциональной структуре деятельности//Вопросы психологии. – 1991. – С.78–79.

[2] Орлов Ю.М. Восхождение к индивидуальности: Кн. Для учителя. - М., 1991.

[3] Ценностно-смысловая сфера личности / Учебное пособие. - Кемерово: Кемеровский государственный университет, 1999. С.92.

[4] Цит. по: Современный человек: цели, ценности, идеалы // Реферат. сборник. Вып. 1, - М., 1988. С.82.

[5] Цит.по: Ценностно-смысловая сфера личности / Учебное пособие. - Кемерово: Кемеровский государственный университет, 1999. С.92.

[6] Каракозов Р.Р. Организация смыслопоисковой активности человека как условие осмысления жизненного опыта // Психология с человеческим лицом: гуманистическая перспектива в постсоветской психологии. - М., 1997.

[7] Франкл В. Человек в поисках смысла (с сокращ.). – М.: Прогресс. – 1990. С.54–69.
[8] Там же.

Категория: Теория оСознания | Добавил: atamanov (28.08.2013)
Просмотров: 489 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Поиск

Система сайтов
  • Branding в XXI веке
  • Создание медиатекста
  • Архетипы русской нации
  • Школа медиатекста

  • Copyright MyCorp © 2018 Конструктор сайтов - uCoz